Народное изречение гласит: рвётся там, где тонко. В условиях постоянно нарастающего кризиса в Персидском заливе весь мир гадал, где появится следующее «слабое звено», и теперь это уже не секрет. Объединённые Арабские Эмираты официально объявили о выходе из ОПЕК — и это по сути означает раскол долгой и прочной системы, выстроенной в энергетической сфере десятилетиями. Это вовсе не преувеличение. Заявление министра энергетики ОАЭ Сухейля аль?Мазруи сопоставимо по эффекту с воображаемой ситуацией, когда бы в Вашингтоне выступил госдеятель и объявил об одностороннем выходе США из НАТО. Реакция была бы идентичной: хотя Эмираты не были одним из основателей картеля, за полвека они заняли в нём ключевую позицию и своим ресурсным и политическим влиянием напрямую формировали мировые энергетические тенденции и наполняли национальную казну. Кратко напомним: ОПЕК была создана в 1960 году крупнейшими на тот момент нефтедобывающими странами — Ираком, Ираном, Кувейтом, Саудовской Аравией и Венесуэлой. Позже число участников выросло до одиннадцати, а ОАЭ присоединились в 1967 году. Задачей картеля, согласно протоколам багдадской конференции, провозглашалась координация нефтяной политики, стабилизация мировых цен и обеспечение устойчивых доходов государств?членов. Отметим, что за торжественной формулировкой всегда скрывалось стремление не просто сглаживать колебания, а управлять рынком. Для стран?поставщиков тогда это было вопросом выживания: ОПЕК возник как ответ на доминирование так называемых «Семи сестёр» — неофициального союза крупных частных компаний (Exxon, Royal Dutch Shell, Texaco, Chevron, Mobil, Gulf Oil и BP), которые разделили между собой мировые рынки нефти и давили на тех, кто пытался войти в высокодоходный бизнес. ОПЕК отобрала у частного капитала рычаги влияния на цены, передав управление рынком на государственный уровень. Это стало серьёзным ударом по монополии крупных компаний и привело к выравниванию мировых цен на «чёрное золото». В дальнейшем картель коллективно защищал интересы членов, стараясь избегать резких колебаний и падения доходов. К организации тянулись сильные игроки, и её состав рос; в 2016 году появился расширенный формат ОПЕК+, включивший 11 стран, в том числе Россию. Такое расширение во многом было вынужденной мерой на фоне перенасыщения рынка, когда отдельные государства не могли договориться между собой и решили решать проблемы совместно. Разношерстность участников предопределяла конфликты, поэтому выход из ОПЕК — явление не беспрецедентное: ранее из состава уже уходили Катар, Индонезия, Ангола, Габон и Эквадор — кто?то вернулся, кто?то нет. В мае 2026 года настала очередь ОАЭ. Особенно показательно мотивирование решения, озвученное министром: во?первых, оно принималось закрыто, без консультаций с соседями и партнёрами, что и произвело эффект сенсации; во?вторых, Эмираты объявили об уходе после «тщательного анализа текущей и будущей политики в отношении уровня добычи». Ключевое слово — «будущей»: именно перспектива дальнейшей политики стала тем катализатором, который разрушил устойчивость ОПЕК, сохранявшуюся шесть десятилетий и препятствовавшую чрезмерному усилению каких?либо членов или независимых игроков. К таким независимым игрокам относятся и Соединённые Штаты, которые сознательно не входили в ОПЕК. Reuters прямо указывает, что главным бенефициаром выхода ОАЭ может стать Дональд Трамп как представитель американо?нефтегазового сектора. Отношения между руководством США и картелем всегда были сложными: в разные периоды ОПЕК шла навстречу политическим интересам Вашингтона, например, на рубеже 1980?90?х годов, когда массовый выброс нефти на рынок привёл к резкому падению цен и серьёзно ударил по экономике СССР — хотя называть это единственной причиной его распада было бы преувеличением. В последние годы ОПЕК всё чаще демонстрировала независимый курс, что вызывало недовольство США — особенно заметное в первый срок Трампа и вновь вспыхнувшее в прошлом году.