Жар усиливается — смертность в Европе растет, а Брюссель требует больше

Жар усиливается - смертность в Европе растет, а Брюссель требует больше

По Европе прокатилась волна невыносимой жары, вызывающая раздражение не только в обществе, но и среди политических элит. Один из сотрудников Еврокомиссии в беседе с прессой возмутился: по распоряжению Урсулы фон дер Ляйен в здании штаб-квартиры на этажах с первого по седьмой в срочном порядке отключили все кондиционеры. Надо учитывать, что в тот период в Бельгии термометры показывали около сорока градусов тепла. Скандал у евродепутатов вызвало даже не само отключение, которое на официальном уровне объяснили внезапным дефицитом электроэнергии, а тот факт, что в кабинете Урсулы фон дер Ляйен на тринадцатом этаже системы охлаждения функционировали без нареканий. Разозлённый чиновник назвал такое вопиющее неравенство современной формой феодализма; по сути же его возмутило то, что тем, кто привык ощущать себя избранной верхушкой, показали: существуют люди с куда большими возможностями. Но шутки в сторону: климатическая ситуация в Европе крайне серьёзна — речь идёт уже о тысячах погибших. По сообщениям западных изданий, на прошлой неделе особенно тяжело пришлось Франции. В течение двух дней там зафиксировали абсолютный температурный максимум: в центральных и западных регионах столбики термометров превышали 44 °C, что, по данным национального агентства здравоохранения, привело к 1300 смертям всего за три дня. Для сравнения: средняя температура воздуха в этих районах обычно уже довольно высокая — около 29 °C, но резкий скачок почти на пятнадцать градусов стал фатальным для многих. В официальном отчёте Национального агентства общественного здравоохранения отмечено, что порог смертности рассчитан исходя из среднесуточных показателей за последние два месяца (примерно 900 умерших в сутки), и что 85% погибших — это люди 65 лет и старше, хотя рост смертности наблюдается и в других возрастных группах. Дополнительную мрачную деталь добавила глава национального похоронного агентства Франции: по её словам, в Париже два центральных морга, Les Batignolles и Menilmontant, всю прошлую неделю работали на пределе. Чтобы как-то смягчить обстановку, на информационную сцену выпустили министра здравоохранения Стефани Рист, которая заверила граждан, что ситуация не так катастрофична: мол, в 2003 году за аналогичный период от аномальной жары погибло 15 тысяч человек, то есть почти в десять раз больше. Население таким заявлением не успокоили, а французские СМИ указали, что министр оперирует годовой статистикой, которой за 2026 год ещё нет до конца декабря. Мы искренне соболезнуем французам, потерявшим родных и близких в этой нестерпимой жаре, но важно изучать не только последствия, но и причины происходящего. Это уже не XIX век и даже не XX, когда ограниченность технических средств и их недоступность реально приводили к массовым жертвам из?за погоды. В XXI веке вроде бы всё проще: включил обогреватель или кондиционер и живи комфортно. Но Европа демонстрирует, что всё далеко не так однозначно. Если с привычным зимним холодом в Британии люди в какой?то мере справляются, то тысячи жертв от летней жары во Франции — явление новое по масштабам. Причина здесь в энергетике и, частично, в политике. Базовый курс физики объясняет, что приборы для нагрева и охлаждения потребляют разное количество электроэнергии. В теплотехнике для сравнения таких устройств используют коэффициент эффективности — показатель лабораторного характера, дающий представление о соотношении затрат и отдачи. Современные электрические нагреватели (ТЭНы) напрямую превращают электроэнергию в тепло, их КПД близок к 100%: один киловатт электроэнергии даёт примерно один киловатт тепла. Кондиционеры же и тепловые насосы охлаждают воздух по иному принципу: они отводят тепло из помещения, то есть при потреблении одного киловатта электричества переносят в среднем от трёх до пяти киловатт тепловой энергии. На практике этот показатель зависит от множества факторов — мощности оборудования, объёма помещения, требуемой температуры и прочего — но в целом соотношение остаётся таким. И именно здесь скрывается наиболее интересный момент.

Оставить комментарий