Президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин предупреждает: при повышении прозрачности экономики важно не перестараться, чтобы у предпринимателей остались стимулы к работе и инвестициям. В интервью РИА Новости перед ПМЭФ—2026 он предложил меры для оживления экономики, рассказал, как превратить сбережения россиян в «длинные деньги», пояснил, почему в этом году едва ли стоит рассчитывать на ключевую ставку Центробанка ниже 10% и, процитировав Твардовского, описал критерии возвращения западных компаний. Беседовали Диляра Солнцева и Лейла Хамзиева.
— К сожалению, мои прогнозы сбываются, и это обидно, потому что мы осознавали: 2026 год окажется непростым. Жесткая денежно-кредитная политика 2025-го действует с лагом в несколько месяцев, а иногда и дольше. Поэтому проблемы, с которыми столкнулся бизнес в 2025 году, продолжают сказываться в этом году и даже могут усугубиться. В частности, падает инвестиционная активность, наблюдаются цепочки сокращения спроса. Снижение спроса на валюту указывает на уменьшение спроса на импорт, во многом из-за спада инвестиционных потребностей. Тут есть две причины: с одной стороны, эффект импортозамещения; с другой — любое импортозамещение всё равно требует импортных комплектующих и узлов, которые у нас не производят. Даже при высокой локализации готовая продукция не становится стопроцентно «российской» — она получает определённые баллы, достаточные для участия в гос- и муниципальных закупках. Все эти факторы в 2026 году обострились и привели к замедлению роста ВВП. Март и апрель немного исправили картину, однако обновлённый прогноз Минэкономразвития на 2026 год выглядит, мягко говоря, менее оптимистично, чем даже нижняя граница прогноза, заложенного в бюджетном процессе в конце прошлого года. Наше убеждение, что экономика уже достаточно остыла и её нужно разогревать до того, как она окажется переохлаждённой, не только имеет право на существование — у него появились дополнительные основания. Поэтому президент поручил правительству разработать дополнительные инструменты и механизмы поддержки деловой активности и экономического роста. Важно не только вернуть бюджетный импульс, который сейчас ограничен и продолжает сокращаться, но и сохранить деятельность тех механизмов поддержки, что доказали свою эффективность — Фабрики проектного финансирования, Фонда развития промышленности, региональных фондов и других востребованных бизнесом структур. По крайней мере, их активность не должна снижаться по сравнению с показателями, заложенными в бюджете. Мы понимаем, что идёт приоритизация расходов бюджета: задача — выстроить траты так, чтобы не отказываться как от ключевых социальных обязательств и расходов на национальную безопасность, так и от тех вложений, которые формируют базу для решения широкого круга экономических и социальных задач и позволят позже реализовать другие приоритеты. Надо отметить, что по многим целям национальных проектов и средне- и долгосрочных документов пока нет сигналов о переносе сроков реализации вправо.
— Мы исходим из предположения, что нынешняя макроэкономическая политика сохранится. Центральный банк действует очень аккуратно: каждый шаг по снижению ключевой ставки согласуется с инфляционными ожиданиями, а не только с фактической статистикой. Видно, что инфляция упорно не стабилизируется на 4% и скорее держится в районе 5–6%. Поэтому надежды на снижение ключевой ставки в этом году до однозначного числа — то есть ниже 10% — и тем самым на возобновление инвестиционного аппетита и готовности к риску пока не оправдываются. Небольшие поэтапные снижения дают основание ожидать, что к концу года ставка может оказаться в диапазоне 10–12%, что не способствует развитию и фондовому рынку. Ходит много спекуляций и фейков о том, что резкое снижение ставки вызовет поток денег в потребительский сектор и поднимет инфляцию, отсюда провокационные разговоры о «заморозке сбережений» и прочее. На мой взгляд, если ключевая ставка будет снижена при наличии надёжных инструментов фондового рынка, включая доступные инструменты для граждан, то часть накоплений россиян — а это порядка 70 триллионов рублей — может перераспределиться: акции и облигации вполне способны стать привлекательной альтернативой.