«Стармер должен уйти» — этот лозунг не сходил с экранов британских телеканалов в течение суток, по мере поступления данных с местных выборов в Англии. Резкая критика звучала даже от расстроенных муниципальных депутатов. Депутат Ребекка Лонг-Бейли, некогда претендовавшая на лидерство в Лейбористской партии, назвала первые итоги «раздирающей душу ночью». Ведущий GB News Мартин Добни, читая по прямому эфиру результаты в первых десяти округах, признался: «Я ничего подобного в жизни не слышал». На тот момент лейбористы проиграли 83% оспариваемых мандатов и не получили ни одного нового — то есть ожидаемый давно провал партии Стармера выглядел ещё более катастрофично. Причём персонализация неудачи в данном случае вполне уместна. Обычные муниципальные выборы в Великобритании носят локальный характер и часто связаны с бытовыми проблемами: ремонтом дорог, строительством коммунальных объектов, расширением больниц и т. п. Эти выборы же отличались: локальные вопросы отошли на второй план, а кампания крутилась вокруг нелегальной миграции, событий в Газе и войны в Иране. Именно эти темы и стали больным местом как для лейбористов, так и для консерваторов. Reform UK под руководством Найджела Фараджа давно потихоньку забрала на себя тему миграции, в то время как зелёные резко выросли на вопросах Газы и Ирана, превратившись из экологического движения в защитников мусульман. В итоге две намеренно разные по идеологии партии оттянули на себя ключевые группы традиционного электората лейбористов: Reform UK переманила рабочий класс в так называемом «красном поясе» Центральной Англии, а зелёные получили значительную часть мусульманского и молодёжного голосов. Так Лейбористская партия оказалась разгромлена. Можно утверждать, что в поражении виновен не отдельный мэр или муниципальный депутат, а премьер, ответственный за политический курс, приведший страну и партию к нынешнему плачевному состоянию. The Daily Telegraph привела яркое свидетельство: «Один человек, долго работавший и в Лейбористской партии, и в профсоюзах, сказал, что отношение избирателей к партии в этой кампании было ‘хуже всего, что он видел при обходах по домам'». По его словам, месседж избирателей сводился к простому: «К черту Стармера. К черту лейбористов» — это мягкий перевод более резкого оригинала. Осознав серьёзность положения, ближайшее окружение Стармера стало обсуждать его отставку. В правительстве даже спорили, кто сообщит премьеру о необходимости уйти. Появились и возможные кандидаты на пост лидера партии и, соответственно, премьера до парламентских выборов 2029 года. Но именно здесь возникла надежда для самого Стармера: ни один из четырёх-пяти претендентов не имеет надёжной поддержки внутри партии. Самым популярным считается мэр Манчестера Энди Бернхем, открыто выказывающий премьерские амбиции, однако для претензий на лидерство ему нужно быть депутатом парламента. Стармер сознательно блокировал его выдвижение в одном из безопасных для лейбористов округов, когда имелась такая возможность. А прошедшие муниципальные выборы выявили новую сложность:, как отметил журналист Колин Бразьер, «Энди Бернхем не станет следующим премьером. У лейбористов больше не осталось безопасных округов, которые можно было бы уступить, чтобы он мог баллотироваться». Партия даже теряет позиции в Манчестере и его окрестностях, где долго доминировала. Это означает, что нет гарантии избрания даже самого популярного лейбориста — и этим пользуется сам Стармер. Рано утром после той «душераздирающей ночи» премьер взял на себя всю ответственность за провал на местных выборах, но сразу же заявил, что не собирается уходить в отставку. «Избиратели дали понять, с какой скоростью должны происходить изменения, как они хотят жить и как избранные должны отвечать на вызовы — я не стану уклоняться от решения этих проблем и доводить страну до хаоса», — сказал он, не уточнив, что именно подразумевает под своей ответственностью. Следует учитывать, что не все решения в лейбористской партии принимает лидер: партия десятилетиями строилась вокруг крупных профсоюзов, которые являются её главными спонсорами и организаторами. Их руководители выразили недовольство действиями премьера и собирались обсудить результаты выборов с ним на видеоконференции в пятницу вечером. От этого обсуждения во многом будет зависеть, снимут ли с Стармера ответственность за исторический провал или нет. При этом нельзя не отметить кризис и в другой мейнстримной силе: консерваторы выступили не лучше, но их провалы уже привычны публике. Если когда-то две крупнейшие партии вместе стабильно собирали более половины голосов (иногда до 70%), то на прошедших выборах обе получили лишь около трети голосов — и это действительно поворотный момент в современной истории британских выборов.