В начале декабря 1941 года в Петрищеве, рядом с Верей, немцы казнили восемнадцатилетнюю партизанку. Личность и происхождение этой девушки пока не установлены. Незадолго до трагических событий в Петрищеве один из верейских партизан увидел её в лесу. Они вместе грелись в укрытой партизанской землянке. Девушка представилась Таней. Больше местные партизаны её не видели, но знали, что где?то поблизости действует храбрая партизанка по имени Таня. © РИА НовостиПерейти в медиабанкЗоя Космодемьянская
Это происходило в самые тяжелые для Москвы дни. Немецкое генеральное наступление на столицу, начавшееся 16 ноября, к этому времени достигло предельной интенсивности. Враг сумел охватить подступы к Москве, выйти на рубеж канала Москва—Волга, захватить Яхрому, обстреливать Серпухов, приблизиться к Кашире и Зарайску. Вокруг Голицынских дач и Сходни шли бои, а в Москве слышалась артиллерийская канонада. Но эти временные успехи дорого обошлись немцам. Войска под командованием генерала армии Г. Жукова наносили им ожесточённое сопротивление. Продвигаясь, немцы терпели огромные потери и к началу декабря были истощены и обескровлены. Ноябрьское наступление выдохлось, и Верховное главнокомандование Красной армии готовило внезапный и сокрушительный контрудар. Партизаны, действовавшие в оккупированных районах, помогали Красной армии изматывать противника: выгоняли немцев из тёплых изб на мороз, нарушали связь, портил дороги, нападали на мелкие отряды и даже на штабы, проводили разведку для советских частей. Москва отбирала добровольцев — смельчаков, и переправляла их через фронт для помощи партизанам. Именно тогда в Верейском районе появилась Таня.
Маленькая, окружённая лесом деревня Петрищево была заполнена немецкими войсками. Здесь стояла кавалерийская часть, поедавшая сено, добытое трудом колхозников. В каждой избе размещалось по десять—двадцать солдат, а хозяева жались на печи или в углах. Немцы отобрали у колхозников все продовольственные запасы. Особенно жестоко вел себя при части переводчик — он издевался над жителями и бил всех подряд, и старых, и детей. Однажды ночью кто?то перерезал провода германского полевого телефона, а вскоре была подожжена конюшня немецкой части, где сгорело семнадцать лошадей. На следующий вечер партизан снова пришёл в деревню. Он подобрался к конюшне, в которой содержалось более двухсот лошадей кавалерийской части. На нём была шапка, меховая куртка, стёганые ватные штаны и валенки, через плечо висела сумка. Подойдя к строению, он спрятал наган под одежду, вынул из сумки бутылку с бензином, облил им скотный двор и затем наклонился, чтобы зажечь спичку.